на Screepy.ru

Я шёл в школу , время 7:45. Никого не было на улице, вокруг темно. Иду не спеша . Вдруг,слышу крик. Оборачиваюсь, а там бежит мужчина, где-то 32-34 года, и во всю глотку орет. -Беги, парень!!! -Куда? -Беги куда хочешь, главное — беги!!!! Я впал в ступор. Вроде ничего такого, а тут бац, стою и ничего делать не могу. -Жить не хочешь?! Побежали скорее! — заорал мужик. Из-за его слов я отошёл и мы вместе побежали в дом, который находился рядом с нами. Когда бежали, услышал душераздирающий вопль, но я не придавал этому значения и бежал дальше. Вот мы уже у подъезда. Мужик набрал случайный номер на домофоне. Ответил какой-то старик. -Кто там?
-Впустите нас! За нами бежит непонятная хрень! Ради бога,впустите! Он открыл дверь. Мы мигом поднялись к нему. -От кого вы бежите? -Выключи свет. -Что такое?. -Я сказал выключи свет!. Старик послушно выключил свет , и мы втроем сидели молча. -Мужик, успокойся, что с тобой?- спросил я. -Хорошо, расскажу, только сидите молча. Мы со стариком кивнули. -Мы с парнями отмечали день рождения друга. Напились там и т.д., и т.п. Скучно было, и кто-то предложил вызвать демона. Мы смотрели в инете, как вызвать его. Пять человек воткнули иглы себе в палец и кровью нарисовали пентаграмму. Сели по углам. Остальные просто смотрели с дивана и ржали. Прочитав заклинание, я почувствовал перед собой пламенное дыхание.В инете сказано, что ни в коем случае нельзя открывать глаза. Это касалось и тех, кто на диване. Но мне было так интересно, что я открыл их. Увидел перед собой нечто. Похоже на огромную, уродливую собаку с дополнительными конечностями и большими когтями. Изо рта текла кровь. Когда я её увидел, она закричала, а потом и вовсе укусила моего друга за глотку. Началась кровавая бойня. Я сразу убежал из этой квартиры, но похоже, она меня выследила. С этими словами кто-то со всей силы ударил дверь. Похоже, она нашла нас. Колотило изо всех сил в дверь, казалось, будто она сейчас разлетится нафиг. Так продолжалось до 13:59. Дверь вся измялась. Похоже, \»оно\» ушло. Мужик заплатил старику за дверь, извинился перед ним и мной, ушел. Когда я возвращался домой, позвонила мама. Сильно наорала за то, что в школе не был. На следующий день в то же время я пошёл в школу. Но на том месте, где встретил мужчину, увидел его разгрызенное окровавленное тело, которое лежало на пентаграмме. Мигом убежал в школу, стараясь не думать об этом. Ну вот друзья, не вызывайте демонов, иначе лишитесь жизни. Читать полностью…

Впереди был тот самый заброшенный дом, куда Макс вел сегодня свою маленькую группу. Паренек лет 18-ти и две девчонки чуть младше. Макс улыбнулся, глядя на их неподдельный восторг при виде \»объекта\». Удостоверившись, что прохожих нет, Макс махнул рукой и перелез через невысокую ограду. Группа обошла дом и встала под окном второго этажа, единственным местом, где в дом можно было попасть — все остальные окна и двери были заколочены. Подсадив девчонок, Макс залез сам и протянул руку Лешке, так звали паренька. Отодвинув гнилые доски, ребята забрались внутрь. Аня и Вера начали восторженно охать и фотографировать внутренние помещения, Лешка полез куда-то наверх, а Макс спустился к подвальной лестнице. Он всегда курил здесь, по старой традиции. Впереди была покосившаяся дверь в подвал. Макс докурил и собирался встать со ступенек, когда ему послышался чей-то голос из-за двери. \»Уходи… Уходи…\» Макс недоуменно повернул голову, он слышал Лешкины шаги наверху и переговоры девочек, и значит, в подвале никого не могло быть. \»Я предупреждал…\» Голос затих. Диггер помотал головой и поднялся по лестнице. Лешка сидел на полу и копался в телефоне.
— Где Аня с Верой? — Туда ушли — Лешка махнул рукой в направлении другого крыла. — Пойдем, найдем их. — Ща, пять сек, допишу смс и догоню. Макс скрылся в коридоре. Леха дописал смску, но тут связь пропала. Парень покрутил телефоном, пытаясь поймать связь, когда услышал голос Макса со стороны подвала: — Леш, иди сюда! \»Когда он успел спуститься?\» — подумал Леха, но пошел к подвалу. Едва он наступил на первую ступеньку, чья-то рука схватила его за шиворот, а вторая зажала рот. — Тихо! — сказал Макс. — Я тоже это слышал. Беги отсюда! Внизу распахнулась дверь. Порыв ветра донес ужасный смрад гнилого мяса. Макс толкнул Лешку к окну, а сам судорожно сорвал нож с пояса. — Стой там, сука! Леха, беги!!! — крик Макса захлебнулся чавкающим ударом. Леха обернулся и увидел, как труп Макса с раскроенным черепом отлетает в сторону, а из подвала выходит жуткое подобие человека. Синевато-бледная кожа, жгуты вен, перевивающие изуродованные руки, лицо, как-будто собранное из лоскутов, огромные кривые зубы и горящие тупой злобой глаза. — Ну куда же ты? Здесь так классно! — пропищала тварь голосом Ани. Леха начал ломиться в окно, но гнилые доски не поддавались. Всей спиной он чувствовал приближение твари. Мимо дома №6 по улице Восстания шла пенсионерка. Она не видела, как из заколоченного окна высунулась рука, ищущая, за что-бы схватиться, но что-то дернуло ее назад в темноту. Когда полиция вскрыла дом, ища подростков, они обнаружили два фотоаппарата. На обоих последним кадром был неясный силуэт, замахивающийся старым ржавым топором… Читать полностью…

Случилось это зимой, в последних числах января. Оставшись один дома, не мог уснуть — бессонница, уже четвертый день не мог нормально поспать. Получается, что сплю часа три-четыре. Везёт, когда сосед по комнате бодрствует со мной — одному-то скучно. Работаем мы с ним на заправке, по учёбе свободное посещение, денег заработанных хватает заплатить пополам за квартиру, да на свои нужды.
В ту ночь я остался один и, крутясь в постели, вновь не мог уснуть. Поднявшись, я пошел на кухню, заварил кофе и, накинув мастерку, выполз на балкон. Пока покурил очень сильно замерз и решил пойти принять душ. Но водные процедуры были прерваны весьма настырным стуком в дверь. Вылезая из ванны, я прокричал: «Минуту!» — и принялся одеваться. Стук не прекращался. Отворив дверь, я обнаружил, что в подъезде нет света, а за дверьми никого не оказалось. Выпалив ядреные обещания нелегкой судьбины неведомым супостатам, я вернулся в квартиру, весьма довольный своим грозным видом. Но не успел я зайти в комнату, как стук опять начался. Было такое чувство, что тарабанили обеими руками. В этот раз я вылетел уже в коридор, с криками: — Ну, вы доигрались! — но опять там никого не оказалось. Это продолжалось ещё раза два, после чего прекратилось.Удивительно, но в эту ночь я спал как убитый. Утром меня разбудил взбудораженный сосед: — Ты знаешь, в нашем подъезде вчера тётку с третьего этажа зарезали. Ну, та, что жила прямо под нами. – уже после этих слов мне стало как-то не по себе. — Самое интересное, что сначала ей повредили горло, а потом раз десять пырнули. Она ещё полночи жива оставалась — но позвать на помощь не могла. Если бы кто нашел её — спасли бы… Ты кстати ночью ничего не слышал? — Да нет… — промямлил я, пытаясь успокоить шорох мыслей в голове… Возможно, именно я должен был её спасти! Вину чувствую до сих пор. Читать полностью…

Утром я пошел в ванную, чтобы принять душ. Недавно мы провели ремонт, и ванная комната была совершенно новенькой: белые стены, белые плитки, блестящие в свете трёх ламп по 100 ватт. Закончив с душем, я, довольный жизнью, весело посвистывая, пошел на кухню завтракать. Проходя мимо зеркала в прихожей, я заметил, что широко улыбаюсь. Настроение приподнялось ещё больше.
Вечером, перед сном, я снова пошел в душ и заметил, что с лампами что-то случилось, они светили как-то очень тускло. Я сходил на кухню за запасными лампами и заменил одну, но и она тоже загорелись кое-как. Я решил, что дело в проводке, и решил пока помыться в сумраке. Стоя в ванне, я посмотрел на большое зеркало напротив. Мое лицо в отражении — оно опять улыбалось! Я потрогал свои губы — нет, я сам вовсе не собирался лыбиться. Но отражение улыбалось все шире и шире. При неверном освещении трудно было разглядеть детали, поэтому я вышел из ванны и подошёл к зеркалу, хоть и по затылку прошёлся холодок. Улыбка становилась все шире и шире, постепенно превращаясь в дикий оскал. Я увидел, как уголки рта медленно ползут к моим ушам, и подумал, что у меня начались галлюцинации. Но что их могло вызвать? Не котлеты же с бараниной, которые я съел на ужин. Я сделал шаг назад от зеркала, сделал глубокий вдох, чтобы отогнать видение, и почему-то решил посчитать свои зубы в отражении. Улыбка достигла моих ушей, а подбородок ушел вниз. Но я продолжал считать из любопытства. Тридцать шесть — тридцать семь — тридцать восемь… Читать полностью…

Я отдыхала в селе. Друзей было много, дел еще больше — словом, не скучала. Как-то я со всей честной компанией отправилась на прогулку, и не просто на прогулку, а к степному озеру. Озеро это имеет довольно-таки правильную форму круга, так что все берега отлично просматриваются. А вокруг озера на километр тянутся густые непролазные заросли двухметровой травы, пройти через которую можно только по узкой тропинке, протоптанной местными жителями. Довершает картину ржавая железнодорожная цистерна, лежащая на боку, черт знает как оказавшаяся в степи и валяющаяся посреди зарослей.
Похватав велосипеды, наскоро упаковав в рюкзаки одежду, полотенца и еду, наша компания двинулась к озеру. День выдался солнечный, теплый — идеальная погода для пикника. Полдня мы только и делали, что купались и играли в мяч на воде. Я как раз должна была поймать пас, как вдруг мой взгляд уперся в стену камышей на противоположном берегу. И тут же что-то странное произошло со мной: беспокойство, мгновенно переросшее в волну леденящего ужаса. Я готова была бежать, бежать от этого проклятого места. Там, в камышах, кто-то был, кто-то сверлил спины моих друзей ненавидящим взглядом… ШЛЕП! Здоровенный резиновый мяч пролетел точно между моих рук угодив мне прямо в лицо. Я, не устояв на ногах, шлепнулась в воду. Отплевываясь и фыркая, не обращая внимания на громкий смех, я лихорадочно вглядывалась в камыш, пытаясь разглядеть то, что меня так напугало. Но веселый смех друзей заставил меня забыть о страхе: в самом деле, ну что тут может быть? Никто же, кроме меня, не боится. Мы продолжили развлекаться до вечера, а когда стемнело, усталые и голодные, мы отправились к той самой цистерне, взобрались по остаткам лестницы на нее, развели костер из заранее собранных в селе веток и принялись уплетать взятую из дому провизию. Августовская ночь только начиналась, а звезд на небе было уже немерено. Не было слышно ни шума деревни, ни собак, только шум костра и звуки, издаваемые сверчками. Мы рассказывали друг другу страшилки и делились планами на остаток лета. Вдруг наше внимание привлек какой-то шум, словно кто-то пробирался сквозь густую траву. Инстинктивно сбившись в кучу, мы многозначительно переглянулись. Может, компания соседских ребят решила присоединится к нам или припугнуть нас? Но эта мысль как-то не прижилась. Кто-то шел, раздвигая своим телом траву, отчего казалось, что по темно-зеленому морю бежит волна, как от большой рыбы. Кто бы это ни был, меня поразила скорость, с которой он двигался: в таких зарослях даже бегом нельзя разогнаться больше, чем на 10 километров в час, а этот субъект прямо-таки летел… Самый храбрый из нас, Дима, решил спустится и разобраться с шутниками, но восемь пар рук тотчас пресекли эту идею, втащив его в самый центр круга. Незнакомец тем временем описал круг вокруг цистерны и остановился у лестницы. Тут Дима не выдержал: — Эй, кто там дурачится?! Сейчас слезу, ноги переломаю! Ответом была тишина. Минуты через две послышался такой звук, будто кто-то скребся о корпус цистерны. Мы не на шутку перепугались. Молчать дальше никто не стал: — Эй, ну кто там, не смешно! — Сдаемся, напугали… — Придурки, мы сейчас слезем, точно получите! — Хватит вам, идите лучше… А-а-а, чтоб тебя! Даже все наши вместе взятые голоса не смогли перекрыть ЭТО. Протяжный вой разнесся над степью, повиснув где-то под звездами. Что-то вопило не переставая, и в этом крике было столько злобы и ненависти, что аж мороз по коже пробирал. Мы так испугались, что даже не пытались что-то предпринять, а только сбились в кучу. Некоторые, в том числе и я, попытались закрыть уши, только бы не слышать это. Однако мерзкий звук пробирался даже сквозь заткнутые уши, постепенно набирая высоту и невольно наталкивая на мысль о циркулярной пиле. Вдруг все стихло. Вокруг повисла тишина. Слазить и «переламывать ноги» не рвался уже никто. Лично я просто онемела от страха: в том, что внизу не человек, сомнений у меня не было. Да и у остальных тоже. Первая мысль была — пересидеть до утра (все-таки цистерна — неплохое убежище), но гость мог оказаться неплохим прыгуном, а костер наш догорал. Если мы окажемся в кромешной темноте — шансов у нас ноль. Надо было срочно что-то делать. Бежать к тропинке не было смысла: слишком далеко. Мы будем путаться в траве, а зверюга в это время спокойно нас поймает. Зато имелся реальный шанс добежать до воды, схватить велосипеды и дать деру. Эту идею одобрили все. Оставался вопрос — как спуститься вниз? Ведь под лестницей дежурит эта тварь, а спрыгнуть с другой стороны на землю невозможно: все кости переломаем. Мы решили попробовать отвлекающий маневр и стали бросать рюкзаки в сторону. Казалось, это сработало. Травяной ручеек двинулся на источник шума. Это был наш шанс: теперь от невидимого кошмара нас отделяли стены цистерны. С быстротой молнии мы соскальзывали по перилам и один за другим исчезали в зеленом море. Когда я спрыгнула с последней ступеньки, надо мной тут же сомкнулась зеленая ботва. Не обращая внимания на острые края стеблей, я со всех ног ломанулась следом за остальными. Темнота, какие-то норы, мелкая живность, улепетывающая из-под ног, и зверь где-то позади. Мы давно уже не бежали группой, а рассредоточились во все стороны. И тут до меня дошло… Озеро было в другой стороне. Когда мы шли от озера к цистерне, нам пришлось обходить ее, чтобы добраться до лестницы. Значит, теперь мы бежали в плавни. Глубокие непролазные плавни, которые тянутся на километр. От этой мысли ноги у меня подкосились, и я плюхнулась на землю. — Ребята, мы не туда бежим! Никто мне не ответил. Какое-то время я слышала их топот и тяжелое дыхание, а потом все стихло. Я валялась на земле, не в силах пошевелится. Мне казалось, что если я сдвинусь с места, то на меня тут же обрушится НЕЧТО и загрызет меня. Однако никто не прыгал, не впивался клыками в горло. Я попробовала встать. Вокруг меня была темнота, сверху равнодушно поблескивали звезды. Рядом послышался крик. Я не стала дожидаться, пока придется кричать и мне, и рванула в противоположном направлении. Вперед, вперед, вперед….. Вдруг сплошная стена разошлась и отступила до горизонта, свежий ветер подул мне в лицо: неизвестно как, но я выбралась на берег. Вдали я заметила семь удаляющихся лучей от фонариков. Похоже, семерым удалось выбраться. Я увидела, что на земле валяются два велосипеда. Похоже, кроме меня, тут ещё кто-то оставался. Схватив велосипед, я села на него и что есть силы рванула к селу… Впоследствии выяснилось, что ребята всё-таки услышали мой крик и повернули обратно. Добежав до озера, они хотели подождать меня и Диму, но страх оказался сильнее. Они вытащили для нас велосипеды, надеясь, что мы выберемся. Но Дима не выбрался. Нет, его не разорвали. Он умер от переохлаждения, просидев всю ночь в озере. Было расследование, расспросы милиции, шумные похороны… Тварь искали всем селом, но ничего не нашли. Некоторые, кажется, и вовсе нам не поверили. Но мы знаем: то, что заставило нашего друга просидеть до утра в ледяной воде, всё ещё живо. Читать полностью…

Весной 89ого года Корпорация Карвина выпустила любопытную игру, которая быстро распространилась среди американских студентов осенью того года, хотя ее популярность в дальнейшем быстро сошла на нет.

Игра называлась «killswitch».

На первый взгляд, это была своего рода головоломка или сурвайвал хоррора, предшественница знаменитых серий Myst и Сайлент Хилл. Сюжет был запутанным, влучших традициях Карвины, хотя графика была монохромной: нечеткие серые и белые формы на черном фоне. Саундтрек представлял собой медленные MIDI-версии чешских фольклорных песен. Игрокам предлагалось выбрать одного из персонажей: невидимого демона по имени Ghast (Ужас) или видимой молодой женщины по имени Порто. Играть за демона было намного сложнее, потому что он был полностью невидимым и многие из игроков перезагружали игру после первого уровня, чтобы начать играть за Порто. На первом уровне невозможно было рассчитать прыжок или прицелиться. Однако демон был, очевидно, более могущественным персонажем — он обладал способностью «огненное дыхание» и «угольный дым». Но большинству игроков не хватало навыков, чтобы понять, где их персонаж-демон находится на экране после того, как заряды огненного дыхания и отравленного облака заканчивались. Таким образом, Порто стала персонажем по умолчанию.
Она обладала единственной способностью. Этой способностью было изменение размеров, которое происходило, по-видимому, случайным образом — она увеличивалась и уменьшалась в размере на протяжении всей игры. Выпускник Канзасского инженерного колледжа заявил, что ему удалось вычислить закономерность этих превращений, но по причинам, которые в дальнейшем станут понятными, его работа была утеряна.
Порто приходит в себя в темноте и смятении. Ее локти изранены. В поисках выхода она поднимается по уровням угольной шахты, выясняя, что когда-то она в ней работала. Она расследует причины произошедшей трагедии и подвергается нападениям демонов таких же как Гаст, а также мертвых рабочих, угольных големов и демонических инспекторов из корпорации Соватик. Квадратные тела этих инспекторов одеты в красное — единственный цвет в игре. Несмотря на простой дизайн уровней, они становятся поистине жуткими по мере прохождения игры. Боссов в игре нет — Порто должна пробраться по туннелям с одного уровня на другой, а ее размеры все время меняются в межуровневых пространствах.
Сюжет открывается вместе с находками Порто — кассетами, документами, мертвыми работниками завода, которые когда-то были ее друзьями. Порто также расшифровывает сложный код, записанный на нескольких железных топорах, которые игроки должны собрать (Эта часть игры была безумно сложный и многие игроки не смогли пройти дальше, пока некий «Porto881″ не выложил шифр на Columbia BBS. Попытки связаться с этим пользователем были безуспешны, а его ник не используется ни на одном известном сайте). Порто узнает, что бригадиры, получив приказ ускорить добычу угля, стали фальсифицировать доклады о неисправностях и несчастных случаях, чтобы оправдать низкую производительность фабрики. Тогда корпорация Соватик послала в шахту своих инспекторов. К каждому рабочему был приставлен один инспектор. Игра рассказывает ужасную историю пыток, предоставляя игроку отвратительные картинки, на которых люди в красной одежде следят за рабочими и протыкают их суставы небольшими ножами всяки раз, когда снижались темпы работы. (Надо сказать, что это довольно явная критика промышленных порядков эры Советов, а сам городок Карвина опустел после прекращения в нем добычи угля, есть все основания рассматривать Киллсвитч в качестве политизированной игры).

После решения кода на топорах Порто находит и собирает магнитофон. На записи мужской голос сообщает, что огни из земли поднялись на их защиту и вселились в дряхлое дореволюционное оборудование, которое они использовали, чтобы отомстить за рабочих. Считается, что эти огни и есть демоны как Гаст, угольные облака с газообразными телами, которые оживили старые механизмы. Сами механизмы настолько огромны, что на экране видны только два-три зуба шестерни или лента конвейера, а не все устройство полностью. Механизмы свели инспекторов с ума и они сгинули в пещерах вместе с их ножами (чтобы потом напасть на Порто, конечно). Многие рабочие были раздавлены и разорваны на части во время резни, устроенной механизмами, которые неособо заботились об их судьбе. Сама Порто провалилась в яму, куда ее столкнула одна из восставших машин. Меняющиеся же размеры Порто, если это не игра воображения, объясняются ядовитыми парами, которые она вдохнула после падения.
Далее начинается непонятная часть игры, которую пришлось проходить интуитивно. Найти логически «верное» прохождение не удалось, и на помощь зарождавшемуся сообществу игроков в Киллсвитч снова пришел Porto881. В комнате, расположенной за магнитофоном находится огромная печь, в которой из угля получали кокс. Игроки перепробовали практически все от самосожжения до продолжения процесса обработки угля как будто восстания машин не случалось. Porto881 нашел решение и вложил его на форумах Columbia. Если Порто проглотит сырой уголь, она получит контроль надо своим телом и сможет продолжить борьбу за выход на верхние уровни шахты, которые невозможно пройти в гиганстком состоянии, унося с собой ту самую кассету с записью событий в шахте. Однако когда она выползала из последнего туннеля на поверхность, экран внезапно белел.
Киллсвитч запрограммирована удалять себя с компьютера по мере прохождения ее игроком. Ее невозможно восстановить, все следы игры полностью исчезают с компьютера. Игру нельзя скопировать. Ее могут использовать только те, кто в нее играют, а затем она полностью исчезает. Ее невозможно пройти заново и открыть другие сюжетные линии и секреты, игрок не может дать поиграть в нее другому человеку и что, наверное, самое главное, всю игру нельзя пройти сразу за Гаста и за Порто.
Несложно догадаться, что недовольство игроков было огромным. Были придуманы различные методы, чтобы обойти эту систему, но ни один из них не сработал. Первый и самый распространенный способ — купить еще одну копию игры, но Карвина Корп. выпустила лишь 5000 копий и отказалась печатать дополнительные копии. Ниже приведена выдержка из пресс-релиза, вышедшего в мае 1990 года:
Киллсвитч была разработана для однократного прохождения каждым игрком: как и реальную жизнь, игру нельзя переиграть, обратить игровые последствия и найти в ней логику. Игра, можно даже сказать, неописуема. Смерть окончательна и бесповоротна. Судьбы Потрто и ее возлюбленного Гаста также непостижимы, как и наши. Корпорация Карвина хочет, чтобы это оставалось так и мы просим наших клиентов уважать наше желание. Поверьте, Карвина продлжит поставлять на Запад игры высочайшего качества и Киллсвитч — это всего лишь одно из многих наших чудес.
Ожидаемого эффекта это заявление не возымело. Слово «возлюбленный» всколыхнуло интерес заинтересованных, если не сказать одержимых игроков, потому что о Гасте нет ни слова в сюжетной линни Порто. Начался срочный поиск сохранившихся копий игры, чтобы пройти ее за Гаста и понять смысл загадочных слов Карвины. Наиболее распространенной была теория о том, что Гаст и был теми самыми испарениями, которые вдохнула Порто, что позволило ей меняться в размерах. Другие полагали, выдавая желаемое за действительное, что если пройти первые уровни за Гаста, то можно будет играть сразу за него и за Порто. Однако на тот момент не удалось обнаружить в местах продаж копий игры. Игроки, которые еще не прошли игру, часто пытались пройти уровни за Гаста, но сложности при игре за загадочного персонажа сохранялись. Ни один игрок не сообщал о том, что ему удалось пройти за него игру. Один за одним они соблазнялись привлекательным миром загадочной Порто, и один за одним они проходили игру за нее, чтобы увидеть белый экран.
На сегодняшний день шансы найти пригодную для игры копию Киллсвитч кажутся более чем призрачными. В 2005 году на аукционе была продана копия игры в термоусадочной упаковке за $733 000. Ее обладателем стал Ямамото Рючи (Yamamoto Ryuichi ) из Токио. Вполне возможно, что его копия игра — последняя из оставшихся. Зная это, Ямамото хотел рассказать о своем прохождении игры все заинтересованным, снимая и выкладывая ролики в интернет. Однако на данный момент есть лишь один ролик длиной 01:45, на котором можно увидеть измученного Ямамото перед экраном его компьютера, через его правое плечо виднеется экран выбора персонажа.

Ямамото плачет. Читать полностью…

Описание: пирамидоголовый монстр в хирургическом халате и перчатках, с огромным тесаком в руках. Преследует Джеймса на протяжении всей игры.
Локации: апартаменты, госпиталь, лабиринт, отель.
Как нападает: встречается либо с тесаком, либо с копьём, этим же оружием и нападает на вас.
Рекомендации: босс сильный, но медлительный. Не подходите к нему слишком близко, иначе есть вероятность, что попадя под взмах тесака, потеряете половину здоровья. Возьмите мощное огнестрельное оружие и начинайте стрелять. После того, как Пирамидоголовый приблизится к вам, отбегайте в противоположный угол и продолжайте огонь.

Фан арт:

Внешность:

В Silent Hill 2

Пирамидоголовый выглядит как мужчина огромного роста, с бледно-серой кожей и в испачканных кровью фартуке и рукавицах. Это один из немногих монстров игры, носящий явные признаки принадлежности к мужскому полу — большинство прочих монстров игры явно женственны. Его фартук и рукавицы напоминают одеяние патологоанатома (аналогичные рукавицы носят другие монстры игры — «медсестры») или мясника. Основная примета Пирамидоголового — огромный шлем в форме четырехугольной, скошенной назад пирамиды, судя по всему, металлический. На «пирамиде» нет никаких прорезей или щелей для глаз, кроме неясного темного квадрата чуть слева от оси.

На ранних концепт-артах Пирамидоголового на левом плече видна примечательная деталь — татуировка, напоминающая цифры 69, но в игре Пирамидоголовый появляется без татуировки. Как оружие Пирамидоголовый использует либо гигантский двухметровый нож — судя по всему, он очень силен физически — либо острое копье. В отеле «У озера» герой встречает сразу двух совершенно идентичных Пирамидоголовых, вооруженных копьями. Пирамидоголовый не разговаривает, а лишь издает утробные звуки вроде ворчания или стонов. Его тяжелое дыхание под шлемом-\»пирамидой\» несколько напоминает о Дарте Вейдере, антагонисте вселенной Звездных войн.
В фильме Сайлент Хилл

В фильме Сайлент Хилл дизайн Пирамидоголового был изменен, в первую очередь, изменилась форма самого шлема-\»пирамиды\» — она была устремлена одним ребром вперед, с выдающейся вперед вершиной наподобие острого клюва; в «пирамиде» появились забранные проволочной сеткой прорези для обзора, и ее цвет был изменен с темно-красного на серый. Вместо прежнего фартука и перчаток Пирамидоголовый носит некий передник или юбку, его торс и руки обнажены. Сам Пирамидоголовый в фильме намного выше (его рост в фильме — 7 футов, около 215 см) и шире в плечах, чем в игре, у него гипертрофированная мускулатура (в отличие от деформированного тела монстра в игре). Ган, Кристоф, режиссер фильма пояснял это тем, что в фильме он хотел представить Пирамидоголового «с женской перспективы» и уподобить его Анубису, богу смерти и подземного царства в древнеегипетской мифологии. Суть «женской перспективы» не только в том, что почти все герои фильма — женщины, но и в том, что демиург темного мира — девочка Алесса, а не мужчина Джеймс. Примечательно, что в сиротском приюте, где жила Шэрон (Алесса) до удочерения, на видном месте висит картина с изображением пирамиды Хеопса — возможно, это имеет какое-то отношение к появлению Пирамидоголового в ее мире.

Имя

Единого официального названия у этого существа нет, в игре оно остается безымянным. Главный герой Silent Hill 2 называл монстра «Пирамидоголовым» (англ. Pyramid Head), и это название прижилось в фэндоме как каноническое. Тем не менее, в различных англоязычных источниках используются названия Red Pyramid Thing или Red Triangle Thing. Ган, Кристоф, режиссер фильма Сайлент Хилл, отмечал, что разработчики из Konami, с которыми он переписывался в ходе создания фильма, использовали термин «Треугольная голова» (англ. Triangle Head, ). В титрах фильма монстр был обозначен как «Красная пирамида» (англ. Red Pyramid).

Символизм образа

В альманахе «Lost Memories» создатели игры отмечали, что образ Пирамидоголового появился в результате смешения подсознательных страхов Джеймса Сандерленда — главного героя игры — и исторических событий города Сайлент-Хилл (вымышленных в рамках игры). Сама внешность Пирамидоголового была заимствована у символической формы палачей[5] из тюрьмы Толука (англ. Toluca), ко времени игры уже много лет как не функционирующей и обращенной в музей «Исторического Общества Сайлент-Хилла» (англ. Silent Hill Historic Society ). Джеймс мог видеть изображение палача на картине «Туманный день, останки правосудия» (англ. Misty Day Remains of the Judgement\»), находящейся в одной из комнат музея и изображавшей палача на фоне подвешенных в металлических каркасах жертв казни. Три года спустя, когда терзаемый чувством вины за убийство жены Джеймс вернулся в Сайлент-Хилл, образ пирамидоголового палача[6], питаемый воображением героя, обрел плоть и кровь в виде пугающего монстра.

Сама по себе (вне облика Пирамидоголового) форма палачей была создана в подражание ритуальному облачению появляющегося в Silent Hill 3 «ангела» Валтиэля (англ. Valtiel), якобы покровительствующего городу и являвшихся одним из ключевых персонажей верований сатанинской секты, многие годы тайно правившей городом. Валтиэль и Пирамидоголовый очень схожи как внешне (за вычетом «пирамиды»), так и по поведению — оба они тайно следуют за главным героем игры (Джеймсом и Хизер соответственно). Сама же «красная пирамида» как головной убор монстра имеет более древнее происхождение — схожий головной убор в верованиях американских индейцев, обитавших на месте города до его основания, носил бог Кзучилпаба (англ. Xuchilpaba).

Один из наиболее видных сектантов — Джимми Стоун (англ. Jimmy Stone), ставший первой жертвой серийного убийцы Уолтера Салливана из Silent Hill 4, во время ритуалов надевал красный капюшон пирамидальной формы с крестообразной прорезью, несколько напоминающий головной убор Пирамидоголового. Стоун упоминается уже в Silent Hill 2 как «красный дьявол» (англ. Red Devil), преследующий Салливана после своей смерти. Некоторые игроки пытались найти связь между Пирамидоголовым и «красным дьяволом», но, по-видимому, безосновательно: как подчеркивает «Lost Memories», Пирамидоголовый является лишь воплощением подсознательных страхов и желаний Джеймса Сандерленда. В сущности, Пирамидоголовый существует лишь в его воображении, другие персонажи игры монстра не видят.

Чувство вины и желание быть наказанным за убийство любимой — Мэри, жены Джеймса — заставляют Пирамидоголового преследовать Джеймса. Пирамидоголовый раз за разом жестоко убивает Марию — обольстительного двойника Мэри, каждый раз возвращающегося к жизни; суть этих убийств — мучительство не Марии, но самого Джеймса. После убийства другого героя игры — Эдди Домбровски — мучения Джеймса усугубляются, и в финальной его встрече с Пирамидоголовым появляются сразу два палача — вероятно, как кара за убийство двух людей. Тем не менее, в деятельности Пирамидоголового есть и иной смысл: убийства и пытки, которые он совершает, должны пробудить в сознании Джеймса воспоминания о действительности убийства Мэри, заставить его признать реальность изгнанных из памяти воспоминаний, как если бы что-то внутри подсознания самого Джеймса мучило его, пытаясь заставить его вспомнить свое забытое преступление. Когда Джеймс это делает — Пирамидоголовый покидает его: оба палача убивают себя сами.

Silent Hill 2

Впервые Джеймс видит Пирамидоголового в многоквартирном доме Wood Side Apartments, у входа в квартиру 208. Пирамидоголовый находится за перегораживающей коридор решеткой и безучастно наблюдает за Джеймсом. В самой квартире 208 находится окровавленный труп, возможно, человека, убитого Пирамидоголовым.
Второй раз Джеймс встречает Пирамидоголового на кухне квартиры 307, где монстр насилует (или изображает изнасилование) двух монстров-\»манекенов\», убивая их. Джеймс прячется в шкафу и, когда покончивший с «манекенами» Пирамидоголовый обращает внимание на шкаф, стреляет в монстра из пистолета. Невредимый Пирамидоголовый покидает комнату.

В следующий раз Джеймс встречает монстра в подвале другого многоквартирного дома Blue Creek Apartments, где тот также насилует «манекен», а затем пытается зарубить Джеймса исполинским ножом. Хотя в течение боя Джеймс не может причинить врагу никакого вреда, через некоторое время Пирамидоголовый отступает, уходя в затопленный подпол.

Затем Пирамидоголовый атакует Джеймса на крыше госпиталя Брукхэвен, а потом преследует героев — Джеймса и Марию — в запутанном подвале госпиталя, при этом Мария погибает в первый раз. Попав из тюрьмы Толука в некий внепространственный Лабиринт и обнаружив Марию живой и невредимой, Джеймс находит в Лабиринте и нечто вроде логова Пирамидоголового — восьмиугольную комнату с подвешенными трупами. Он забирает себе оставленный в этой комнате гигантский нож Пирамидоголового; самого монстра можно встретить в коридоре, окружающем комнату.

Наконец, в сгоревшем отеле Джеймс встречает сразу двух палачей — они убивают копьями распятую на металлическом каркасе Марию, а затем вступают в бой с Джеймсом. По окончании боя Пирамидоголовые убивают себя, протыкая себе горло копьями.

Хотя Пирамидоголовый и считается боссом, он совершенно неуязвим, убить его нельзя. В первой битве с ним игрок вообще не может причинить врагу урон — враг сам отступает по истечении некоторого зависящего от сложности игры времени, в дальнейших встречах с ним Пирамидоголовый непобедим и сам собой не отступает — от него нужно бежать. В последнем бою, аналогично, Пирамидоголовые убивают себя сами по истечении зависящего от сложности игры времени (тем не менее, это время можно сократить, нанося им урон).

Silent Hill 3

На картине «Творение» (англ. Creation) в церкви Сайлент-Хилла, посещаемой героиней близ конца игры, можно заметить фигуру с красной пирамидой на голове, очень напоминающую Пирамидоголового. Это, в действительности, индейский бог Кзучилпаба (англ. Xuchilpaba), один из «прародителей» образа Пирамидоголового.

Silent Hill: Origins

В горящем доме Гиллеспи на лестничной площадке можно заметить картину с изображением Пирамидоголового с копьями в руках; другая, схожая картина, также изображающая Пирамидоголового с копьем, находится в комнате 503 отеля «У реки» (англ. Riverside Motel). В этом же отеле можно получить и само копье, оно находится в ванной одной из комнат.

Один из монcтров игры — «Мясник» (англ. The Butcher) — необыкновенно напоминает Пирамидоголового как по внешности (вытянутая металлическая маска, фартук, огромный тесак в качестве оружия), так и по поведению (тяга к насилию, убийства других монстров, постоянное возвращение). Он тоже служит своего рода палачом. В театре можно найти записку, автора которой преследовал Мясник, причем в этой записке отмечается, что чудовище выглядит как палач (англ. executioner). В «плохой» концовке игры главный герой — Трэвис — сам превращается в Мясника. Читать полностью…

Сначала умер дед, потом, через два года, бабушка, после этого мне сразу начали сниться дурацкие какие-то сны. Типа этого: приходим мы с родителями в опустевшимй дом по каким-то, связанным с ним, делам. Входим в прихожую: налево столовая, прямо — большая комната, чуть правее и тоже прямо спальня. Родители стоят в прихожей и что-то обсуждают по части оставшегося хозяйства, мне это не интересно, и я отхожу вправо и заглядываю в спальню. Напротив двери, у стены стоит старая кровать с панцирной сеткой и металлическими решетчатыми спинками. Вдруг ближний ко мне край кровати приподнимается, кровать слегка сдвигается в мою сторону и с грохотом падает, потом снова и ещё раз. Мне очень страшно, я не могу пошевелиться, я зову родителей, но они не слушают меня, продолжая обсуждать свои дела. И все сны эти были про одно и то же: будто мы приходим в этот дом, там происходит нечто странное, я говорю об этом родителям, но меня никто не слушает или не верят мне — они не видят этого.

В доме и впрямь было находиться неприятно и страшно. Мать с сестрой туда вообще одни не заходили. Я заходил, но с опаской, лишь при необходимости, отец не боялся. Я, помню, когда уходил из дома всегда очень боялся посмотреть в окна, мимо которых проходил, боялся, что увижу там что-то.

Находясь на крыльце, я часто слышал, как в доме скрипят половицы, как словно открываются и закрываются двери. Как-то мы пришли туда и обнаружили, что матрац, свёрнутый на кровати, разорван, и вата из него раскидана по всему дому. Для себя мы решили, что это крысы или мыши, но зачем им раскидывать вату?

Как-то, находясь в комнате, где у меня было нечто вроде мастерской на тот момент, я что-то делал у стола, стоя спиной к открытой двери (косяк был наклонен, и дверь постоянно открывалась). Вдруг внезапно упала на бок пепельница отца, стоявшая на столе. Это была маленькая металлическая кружечка, достаточно приземистая, я смотрел на неё и думал, как она могла упасть. Вдруг сзади раздалось громкое шипение, я подскочил, обернулся, и увидел, как с шифоньера сползает свёрнутая резиновая лодка, которая затем с грохотом упала на пол. Потом закрылась открытая дверь. Я быстренько собрался и ушёл.

Однажды, осенним вечером я сидел на ступенях крыльца и перемывал латунные гильзы, которые мы с отцом выкапывали на старом полигоне (их там после войны уничтожали) и сдавали на цветмет. Вдруг я понял, что откуда-то доносится странный звук, словно по чему-то металлическому гулко и мерно ударяют. Я прислушался, встал, прошёлся по улице — звук вроде доносился из терраски дома. Зашёл — тишина. Вышел — тот же звук, подошёл к стене — звук точно из-за неё. Зашёл в терраску — всё тихо. Тут я увидел большое металлическое корыто, висевшее на стене, подошёл к нему, ударил кулаком — звук получился такой же. Читать полностью…

Есть прекрасный город, находящийся меж великих Уральских гор. На протяжении всего города течет знаменитая река Урал. Этот город, не смотря на наш век продвинутых шумных городов, сохранил в себе ту частичку природы, которая пробуждает людей от технологического сна и заставляет задуматься о своих истоках. Особенно красив город ночью, по краям берегов реки растут могучие ели, сосны или тополи, которые отбрасывают различные по красоте и причудливости тени, играющие на воде.Так же был прекрасный парк посреди города, в котором находилось красивое искусственное озеро. Летом в нем плавали лебеди, а зимой горожане использовали его как каток. Каждый, приходя в парк, мог побродить и отдохнуть от повседневной суеты.

Ну и у каждого города есть своя история… История, о которой полицейские умалчивают и просто зарывают всяческие напоминания о ней в глубь толстенных папок где-нибудь в архивах.
О вечерних событиях, самого загадочного дня для города знают почти все жители, многие просто не верят в это и говорят, что это выдумки подростков и просто не вспоминают об этом, а многие просто не хотят говорить об этом, в основном это какие-либо родственники, либо знакомые пострадавших. Но абсолютно все горожане города в годовщину не любят гулять поздним вечером на улицах, и город пустеет как только садится солнце. Но я не боюсь, я единственный, кто не боится и знает всю историю от начала до конца, целиком и полностью. И я хочу рассказать все в этом рассказ. Как сказал Пушкин — рукописи не горят, — потом это подхватил Булгаков, а я считаю, что килобайты информации тоже сгореть не смогут.

Нас было четверо: я, Коля, Максим и… Оля… Наш город, как и все, делился на районы. У нас их было три: новые кварталы (районы, построенные за последние пятнадцать лет), центр и старые районы, но они не имели не какого названия и просто в документах назывались Ленинским районом.Так как ленинский район строился в попыхах, то многие здания, спустя пятьдесят лет эксплуатации, уже заброшены… Там есть целые кварталы, заброшенные несколько десятилетий назад: детские сады, школы, общественные столовые СССР-овских времен и первая городская больница… Все было там для того, чтобы спрятаться молодежи и покурить или выпить шумной компанией.
Но мы не были из этих компаний, мы просто держались группой, отдельно ото всех и нам этого хватало, чтобы быть счастливыми…

Это был Хеллоуин… Редко кто празднует в России этот праздник, но в школе у нас бывали маскарады и вечеринки по вечерам. Ну так вот, на Хеллоуине мы пробыли не долго и пошли гулять одни на улицу. Не смотря на ранний ноябрьский вечер, было очень тепло. Так как начиналась Ночь всех святых, ночь когда вся нечисть выбирается, чтобы пошалить перед долгим затишьем, я решил на какой-то ляп помучить своих друзей историей, которую года четыре назад услышал от своего дяди:
Есть на севере города, почти на окраине, здание старой больницы… Считается что это больница построена на старом захоронении, поэтому там было достаточно много несчастных случаев и ошибок, даже дети рождались там с какими то не понятными гнойничками… Так что когда построили новую больницу, интерес к этой упал, и постепенно её забросили вообще. Вот и я, сговорившись с Максом, решил попугать наших двух трусишек, предложив им пойти туда.

Путь занял мало времени, могу лишь сказать, что настроение у нас было самое наилучшее. Все смеялись, шутили, одним словом — все было хорошо… Зайдя во двор больницы, мы сразу же решили направиться в маленькое одноэтажное здание,так как из этого здания вели переходные коридоры в другие два здания больницы. Да… Тут Оля взвизгнула, поняв, что мы находились в морге — темное и мрачное помещение, обложенное полностью белым кафелем… Лет тридцать он, конечно, был белым, сейчас же кафель был весь не просто черный, а темный от пыли… На потолке черная от той же пыли паутина. Посреди комнаты стояло три стола. В левой стене были встроены трехъярусные отсеки. Подойдя ближе к ним, я сказал — вдруг этот не пустой? И аккуратно приоткрыл его… Тут скрипнула дверь, и мы остались в темноте… Оля пискнула… Максим прижал её к себе, включил камеру фонарик на телефоне, и комната тускло осветилась вспышкою мобильной камеры… Я тоже проделал подобное действие и сказал — пойдемте дальше?
Пройдя даль по коридорам, мы вышли на первый этаж здания. Полуразрушенные стены, уже прогнившие от старости полы… Та же самая паутина… Всё проходило хорошо, и мы уже собирались уходить… Как вдруг что-то за стеной опрокинулось на пол с железным дребезжанием и покатилось по полу. Как во всех дурацких историях, у нас нашелся герой — и это был я, который решил туда попереть в одиночку… Но тут Оля схватила меня за плечо и сказала, что пойдем туда все вчетвером. Но зайдя в ту комнату, мы не увидели ничего, что внушало бы страх. Хотя в этой комнате было прохладно и почему-то еле заметно клубилась строительная пыль, как если бы кто-то перед нами потревожил её. Мы уже стали выходить, как вдруг увидели, что вход в коридор, ведший в морг, через который мы и шли… завален. Хм… Мы сочли, что просто заблудились и решили выйти через первый же нормальный выход… Могли бы через окно, но так как окна в больнице находились достаточно высоко, мы не хотели, чтобы Оля прыгала.

Пройдя по лестнице вверх и еле обойдя подгнившие перекладины, мы спустились на первый этаж, но уже в другой холл больницы. Мы с Максимом шли впереди, помогая Оле, Коля шел позади. Неожиданно я услышал треск сзади, потом резкий удар, и, оглянувшись, увидел как Коля проваливается под деревянную лестницу. Секунду погодя все уже стояли и смотрели в дыру, проделанную нашим другом. Оказалось, что под лестницей находился подвал. Посветив туда, мы не достали лучом фонарика дна. Метров семь-восемь, — сказал Максим. Коля крикнул, что он нечего не видит и кажется сильно ушиб ногу. Было решено, что мы найдем лестницу, ведущую в подвал и поможем Коле. Предварительно мы попросили его не не перемещаться, что бы знать примерное местоположение, куда идти под землей.
Пройдя чуть дальше по коридору с совдеповским ремонтом, мы увидели лестницу, ведшую вниз. Но на пути у нас стояла дверь. Я подумал, что дверь эта уже вся расхлябана и попросил Макса помочь её выбить или расшатать как следует. А тем временем на улице окончательно стемнело и взошла луна… Конечно мы этого не заметили… Вдруг за спиной у нас визгнула Оля… Честно говоря, у меня по спине тогда пробежал холодок. Мы оглянулись и поняли, что так сильно напугало нашу подругу. Большая крыса бежала прочь от нас, как будто мы её шугнули какой-то хлопушкой,но тогда я не обратил внимание и подумал что, это Олька так сильно заорала. Я подошел к ней, приобнял — она вся дрожала. Я прошептал ей на ушко, что все будет хорошо — щас поможем Коле и счастливые пойдем домой ко мне, завалимся, включим телек и будем смотреть смешные фильмы… Что будет хорошо и весело. Лёлька мило улыбнулась и мы пошли вниз…
Осторожно спустившись по хлипким ступеням, мы прошли вглубь темного подвала… Долго идти не не пришлось, быстро нашелся Коля… Только он был за стеной. И мы слышали его голос, но не знали как к нему пройти, подвал был словно лабиринт… Побродив недолго, мы решили разделиться. Оля пошла с Максом, а я пошел один. Хорошо что у нас было два источника света, хотя мой телефон уже изрядно подсел.

Атмосфера подвала была мрачной, узкий проход окутан кромешной тьмой. Мой телефон еле высвечивал расстояние вытянутой руки. Но и этого хватило, чтобы увидеть: подвал был подобием кладовой. На стене весели хирургические инструменты, в столешницах находились колбы и пробирки старых образцов для взятия крови, в одной даже была налита жидкость, сверху которой плавала пленка плесени… Я уже уперся в тупик и закрытую дверь как услышал крик, это была Оленька… Я рванул туда… Я испугался за неё… Пока бежал, думал: может опять мышь?.. Я бежал в темноте и слышал, что она бежала мне навстречу. Я распахнул объятья, чтобы поймать её. Она была вся в слезах. Еле говорила, заикаясь. Сказала, что Коля… Коля… Что там Коля… Больше ничего не могла сказать… Максик… Максимка… Он… Он…
Вдруг в ушах раздался оглушительных бум… В глазах помутнело… Я свалился сначала на колени, а после почувствовал щекой холодный кафельный пол… Открываю глаза… Вижу: Оленька прижата к стене, напротив неё стоит Коля, держа её одной рукой за горло, другой светя ей в лицо телефоном Макса. Он кинул взгляд на меня… И я увидел те глаза — они были… не такие. Не те… Они были налиты кровью… Они были багрово-черные… Он сказал… Слова, что на вечно отпечатались в моей голов. Сказал не своим, мерзким и ехидным голосом: Я не дьявол и уж тем более не бог,я не гоблин, не призарак и не трюкач, но люблю позабавить толпу как они…
Я навел свет телефона на них и увидел это… Тот, кто был Колей, выбросил телефон Максима в сторону и освободившейся рукою начал проникать под блузку Оли… Рука заходила все глубже и глубже. Я подумал, что он лапает её… Но с уст Оленьки сорвался страшный хрип. И я понял: он засунул руку ей в живот. Я даже увидел, как его длинные пальцы зашли ей в куда-то в район печени примерно на две фаланги… Ольга смотрела в его глаза, потом моляще перевела взгляд на меня… Я быстро встал на ноги, схватил камень и побежал к этой твари, чтобы врезать так сильно как только смогу. Но он отпустил руку, которой держал Олю за горло, отмахнулся ей, и я полетел с дребезгом врезавшись в мраморную плитку спиной… Тварь злорадно улыбнулась и сказала: хочешь жить — беги, беги… Поиграем в игру. Успеешь — моей забавой будут они, не успеешь — вы вместе…
Я не знал, что делать… Я встал, взял камень, кинул в него… Но камень попал ему по лицу и отскочил, будто от каменной статуи, что мне оставалось делать?
Я не знал… Я просто побежал, не разбирая дороги пробежал… Ступеньки, тьма… Проход… Коридор… И вот он морг… С которого все началось… И тут я вижу в углу силуэт девушки. Она съежилась и качалась, как делают ненормальные в псих больницах: взад-вперед…взад-вперед… Я крикнул: эй что ты тут делаешь, бежим! — И резко побежал к ней… Мой фонарик осветил её… Я узнал в этих волосах знакомый русый оттенок… Только волосы были не мыты, скомканы, и было ясно, что девушка сидит в лохмотьях. Я остановился и положил ей руку на плечо… И тут испытал ужас… Невыносимый ужас — её кожа была ледяная! Она повернулась — глаза были черными как мгла… Её губы — фиолетовыми, кожа — темно синего оттенка… И в этих чертах я узнал её… Это была Оля. Существо, бывшее Олей, резко встало… Я отдернул руку, и оно бросилось на меня… Пнув его что есть есть сил, я просто полетел оттуда еще быстрее, чем раньше…

Я бежал долго… Пока меня не остановил гул проезжающей машины… Фары и удар…

Прошел год с тех пор, как трое подростков пропали при загадочных обстоятельствах в районе старой больницы в Ленинском районе, тела так и не были обнаружены. Рассказы четвертого, единственного из компании, кто не пропал в тот загадочный вечер, объясняют все происшедшее как вмешательство сверхъестественных сил. В это верят лишь родственник пропавших, и то не все… Полиция уже давно оставила надежду найти их и просто нашла себе занятия поважнее.

Я так и не решился ещё раз сходить туда… Подвал был завален, и при раскопках Олю, Макса и Колю так и не нашли… Думаю, я единственный, кто знает всю правду. Я очень скорблю по своим друзьям. Но никогда, никогда больше я не вернусь в этот город и не пойду в эту больницу… И точка… Читать полностью…

Эта история произошла со мной в 2004 году, когда я был первокуром в одном из технических быдловузов Дефлут Сити. На дворе стоял конец октября, то замечательное время, когда солнце днём ещё прогревает землю но по ночам уже начинаются едрёные морозы, покрывающие инеем землю. Была пятница и я с дикой неохотой встал в семь часов для того что бы попиздовать на очередную лекцию по матану. Настроение моё, анончики, было весьма дерьмовым: постоянные конфликты с предками, отсутствие тян (очнее присутствие Одной Тян у которой я поуши завяз в френдзоне). В общем на душе скребли кошки и желания торчать в вузе у меня небыло не малейшего, мне хотелось развеяться и отдохнуть. Так что не долго думая я забил на очередной поход за знаниями и решил поехать на дачку. Ключи от которой у меня всегда были с собой, на той же цепочке что и основные.

Здесь нужно сделать небольшую ремарку, называть «дачей» мою дачу можно было только с большой натяжкой, всё же это была не деревня, а полноценный город, когда-то в далёком советском прошлом даже наукоград. Названия я приводить не буду, скажу только, что располагается он на границе московской и тульской областей, примерно полтора часа пути из мкс на рейсовом автобусе.

Сев на автобус я слегка расслабился и позволил себе вздремнуть. Спалось мне хреновенько, все те проблемы, которые донимали меня наяву, вернулись ко мне и во сне. Тут были и тёрки с предками и мои неумелые попытки подкатить к тян. Не то что бы это был полноценный кошмар, нет. Просто неприятный сон, после которого не чувствуешь себя отдохнувшим, а скорее помятым и озлобленным. Но все мои негативные эмоции быстро выветрились когда я проснулся. За коном уже мелькали знакомые пейзажи пригорода наукограда. Огромные поля жухлой травы, покрытые ещё не успевшим растаять инеем, в лучах медленно поднимавшегося из-за пригорка солнца сверкали перед моими глазами. Чудесная картина.

Выйдя на остановке я не на долго забежал домой, чтобы сменить свою стандартную одежду на походную, для себя я уже точно решил, что в такую отличную погоду нужно непременной пойти погулять по окрестным лесам. Нацепив старые, истертые джинсы, поношенные берцы и плотную матерчатую куртку незамедлительно отправился в путь, по дороге заскочив в местный убогенький универсам и прикупив бутылку винца а так же немного сыра с хлебом.

Неподалёку от города находилось отличное место для пикника, туда я и отправился. Настроение моё с каждой минутой становилось всё лучше и лучше, свежий воздух бодрил, а пейзажи осеннего леса, устланного опавшей листвой, радовали глаз. Где-то за час я добрался до своей цели в этом месте лес граничил с бывшим пахотным полем, заброшенным к хуям после развала союза. Граница пролегала в виде глубоких оврагов вымытых ручьями, два ручья в этом месте сливались в один крупный поток, деля долину на три части. На одной тянулось до горизонта старое поле. На другой располагался лес, примыкавший к городу, который по всей видимости высадили примерно в то же время когда началось градостроительство, ну а на третьей находился более старый лес, который и являлся целью моего похода. Спустившись по небольшой металлической лестнице, вделанной по всей видимости кем-то из здешних дачников в крутой склон холма я по мосткам перебрался на другой берег ручья и скрипя суставами поднялся по более пологому склону, выходившему прямо на опушку леса.

Несколько часов я бродил по его тропинкам, разглядывая оголевшие стволы. Мне всегда именно этим нравилась осень, той «прозрачностью» которой она наполняла лес. Лёгкий сладковатый запах разлагающейся листвы ласкал ноздри. В конце концов я нашёл полянку на возвышенности, какой-то доброхот сделал на ней пару примитивных табуретов из досок и простенький столик. Я расположился на ней и скинул куртку, солнце всё же слегка припекало, достав из рюкзака свои припасы я преступил к трапезе. Весь московский стресс как рукой сняло, и даже отстойное винцо казалось мне в тот миг нектаром богов. Мою идиллию прервал хруст веток на краю поляны, обернувшись я увидел старушку в цветастом, платке, явно из числа местных дачников. Обменявшись преветствиями мы немного с ней потрепались, как выяснилось она искала свою собаку которая неподалёку от этого места сорвалась с поводка и уебала в чащу. Горю старой бабки я конечно посочувствовал, но при этом не выразил ни какого желания участвовать в поисках проебашвегося кабыздоха. Старуха ещё немного попричитала и пошла дальше, я же вернулся к прерванной трапезе.

День выдался на редкость тёплым, солнце грело так, что могло показаться что сейчас не конец осени а самый разгар весны. Меня слегка разморило, видать сказался выпитый алкоголь и я пристроившись на куртке возле столика решил немного вздремнуть. Проснулся я от холода, продрав глаза я понял что уже вечер причём поздний и до заката осталось каких-нибудь минут сорок. Проклиная свою сонливость и сраное каберне я резво собрался и двинул назад в город. Уже выходя на опушку я заметил невдалеке знакомый пёстроказюльчатый платок. Бабка стояла на краю оврага, собаки рядом с ней небыло. Я махнул ей рукой на прощанье и начал спускаться по пологому склону, набрав неплохую скорость я в два прыжка перескочил мостки и резво начал подниматься по лесенке. Забравшись на верх, я остановился слегка перевести дух и решил ещё раз на прощанье окинуть взглядом долину. И тут я слегка охуел. В самом низу лестницы в лучах закатного солнца виднелся пёстрый платок. Бабка ни каким образом не могла так быстро спуститься во враг и преодолеть ручей, она же блядь старая развалюха.

«Ладно — успокоил я себя, — видать я просто не так уж и быстро хожу и башка не до конца от спирта проветрилась».
Я быстрвм шагом пошёл по тропинке, но сделав всего пру шагов я услышал за спиной хруст ветки. Обернувшись я тут же отложил кирпич, на самом верху лестницы стояла та самая старая мразь в её жезлёнокрасном ёбанном платке. Она стояла не двигаясь, опустив голову, но я отчётливо чувствовал сверлящий меня взгляд. Так мы пялялись друг на друга секунд пять. Но потом мои нервы не выдержали и я с диким криком бегом рванул дальше по тропинке. Я нёсся почти не разбирая дороги, то и дело получая по еблу ветками, кирпичи усеивали мой путь. Впереди в метрах сорока показался просвет, выход на грунтовку, которая вела к городу, обрадовавшись я прибавил ходу и побежал по петляющей тропинке. За вернув за очередное дерево я рухнул в грязь как подкошенный. На тропинке стояла она (оно?). Стояло так же спокойно и неподвижно, как и в предыдущие разы. Производство кирпичей в моём анусе било все рекорды. Я кое как поднялся из лужи не сводя взгляда с твари, теперь на близком расстоянии я смог разглядеть её получше. На ту старуху что я встретил в лесу она была похожа только издали, костлявое сгорбленное тело, руки свисающие почти до колен и ЛИЦО. Аноны, блджад, это было самым страшным что я когда либо видел в своей никчёмной жизни. «Лицо» твари оно обвисало, не так как обвисает кожа у стариков, нет, оно просто свисало, по тому что было плохо закреплено. Полуоткрытый рот и кусок кожи шеи весели слегка покачиваясь. Что было под этой жуткой маской я разглядеть так и не смог, мои нервы сдали полностью. Я выхватил из кармана охотничий ножик, которым я резал сыр с хлебом и наобум кинул его в тварь. Видать кто то на небе за мной присматривал в этот миг, так как мой косой бросок всё же достиг цели. Нож вонзился в плечо, воздух разрезал дикий ни на что не похожий вопль. Резкий свист с хрипом, как будто кто-то спускает воздух из гигантской шины. Собрав все силы я рванул через кусты в сторону дороги. На моё счастье по ней в этот момент кто то ехал, я рванул на перерез машине. К моей несказанной радости водитель остановился. Путаясь в словах я всё же как то уговорил довезти меня до города. Водила скорее всего принял меня за очередного алкаша, которых в местных деревнях хоть жёпой жуй, но увидев деньги всё же согласился подкинуть меня. Не помню сколько я отдал ему, но явно не меньше косаря. Сидя в машине я постоянно оглядывался в окна не гонится ли за нами эта тварь. Но всё было спокойно, только когда мы уже въезжали городскую черту в далеке мне показалось, что я увидел что-то пёстрое. Читать полностью…